До приложений: зафиксированное квир-желание

TL;DR

• Новая книга Майкла Алаго показывает квир-желание через портреты на Polaroid.
• В коллекции представлено почти 200 интимных изображений, созданных с 1998 по 2009 год.
• Работа Алаго отражает эпоху до приложений для знакомств — эпоху связи и близости.
• Его подход к фотографии основан на доброте и открытости.
• Книга запечатлевает уникальный момент в квир-истории.

Задолго до свайпов, исчезающих сообщений и притяжения, подпитываемого алгоритмами, были Polaroid. Был зрительный контакт. Было мужество. Было то, как ты подходишь к человеку, потому что он кажется тебе красивым, и смотришь, что будет дальше. Именно этот дух пронизывает Polaroid Encounters: 1998–2009 — новую книгу фотографа и бывшего музыкального менеджера Майкла Алаго, собрание почти 200 интимных портретов мужчин, снятых в Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Далласе, Новом Орлеане и Сан-Франциско в совершенно докластерную для приложений эпоху квир-жизни. Книга, выпущенная лимитированным тиражом издательством Shining Life Press, выходит как четвертый фотомонограф Алаго после Rough Gods, Brutal Truth и Beautiful Imperfections. Но эта работа ощущается особенно личной. В разговоре с нами Алаго описал возвращение к этим снимкам как нечто эмоциональное, чего он не ожидал. «Я чувствую счастье, наконец делясь этими Polaroid с миром, — сказал он. — И еще немного меланхолии, задаваясь вопросом, что стало с теми мужчинами из далекого прошлого».

До Grindr была смелость

Фотографии Алаго существуют в мире, который более молодая квир-аудитория, возможно, знает скорее по мифологии, чем по памяти. Снимки, сделанные в 1998–2009 годах, документируют встречи с незнакомцами, любовниками, бодибилдерами, работягами, панками и друзьями. Некоторые изображения были сделаны в спортзалах, другие — в квартирах, некоторые — в моменты, которые кажутся спонтанными и практически невоспроизводимыми. Его подход был прямым. «У меня никогда не было проблемы подойти к симпатичному мужчине, сказать, что я художник, и спросить, могу ли я его сфотографировать, — сказал Алаго. — Я был молодым и милым, и мужчины чаще всего соглашались». Эта открытость не была показной. Она была основополагающей. Алаго вырос открыто геем в хасидском Бруклине и вошел во взрослую жизнь, погрузившись в нью-йоркскую панк-сцену, прежде чем стать одной из самых влиятельных фигур A&R в музыкальной индустрии. «Я никогда не был в шкафу», — говорил он. Когда я спросил, как это повлияло на то, как он двигался в таких пространствах, как панк и музыкальный бизнес, его ответ остался простым. «Я всегда был человеком, любящим веселье, и люди отвечали мне добротой».

Человек, подписавший Metallica, нашел новую одержимость

Для многих имя Майкла Алаго до сих пор мгновенно вызывает узнавание по другой причине. В 24 года он подписал Metallica на Elektra Records. Позже в его карьере были работа с White Zombie, John Lydon, Misfits, Cyndi Lauper и исполнительное продюсирование последнего альбома Nina Simone. Успех пришел быстро, но фотография всегда существовала рядом с ним. Когда его спросили, бывал ли момент, когда он останавливался и думал: «Как это вообще моя жизнь?», Алаго рассмеялся. «Да, я останавливался и думал: “Как это вообще моя жизнь?” Но у меня всегда были отличные инстинкты, и я стал невероятно успешным. Этот успех подталкивал меня 25 лет, заставляя быть настолько трудолюбивым, насколько я только мог». В конце концов фотография перестала быть параллельной работой и стала главным делом.

Маскулинность, близость и моментальная пленка

Если и есть что-то, что связывает портретную работу Алаго на протяжении десятилетий, то это увлеченность. Когда я спросил, что продолжает возвращать его к маскулинности как к теме, его ответ был мгновенным. «Лично меня завораживают запах, мышцы и общая сексуальность мужчин». И все же Polaroid Encounters никогда не читается как отстраненный вуайеризм. Даже в самых провокационных кадрах под ними ощущается теплота. Эта близость рождается из доверия. «Я всегда подходил к съемке мягко и доброжелательно, — сказал он. — Эта доброта позволяла мужчинам раскрываться и отдаваться камере». Формат Polaroid усиливал это чувство. Алаго впервые экспериментировал с камерами в 70-х и 80-х, прежде чем окончательно привязаться к моментальной пленке. «Я люблю моментальную пленку с того дня, как впервые ее открыл, — сказал он мне. — Это единственное в своем роде изображение казалось настолько уникальным, что придавало и фотографиям, и работе впечатляющее и поразительное качество». И сегодня он по-прежнему чувствует этот притягательный импульс и пошутил, что готов снова отправиться в B&H за новейшей моментальной камерой.

Роберт Мэпплторп, Нью-Йорк и то, что осталось

В коллекции есть и еще одна художественная линия, проходящая через все работы: Роберт Мэпплторп. Алаго впервые одержимо заинтересовался им после того, как увидел обложку Horses Патти Смит, а позже, работая в Elektra, позвонил в студию Мэпплторпа, не предупреждая заранее. Сначала ему отказали. Спустя несколько дней Мэпплторп перезвонил. Этот разговор перерос в дружбу, которая длилась до смерти Мэпплторпа в 1988 году и включала ужины в Вест-Виллидж, ночные вылазки и долгие беседы об искусстве. Влияние осталось с ним. Квадратные кадры. Точность. Мужская красота без извинений. Но работа Алаго кажется менее контролируемой и более живой. Когда его спросили, считает ли он Polaroid Encounters документальным, эротическим, романтическим или чем-то совершенно иным, он ответил: «В своей работе я всегда стремлюсь к эротизму. Думаю, что по умолчанию в ней есть документальный элемент из-за конкретного временного промежутка, в который были сделаны снимки». Возможно, именно это и придает этим фотографиям долговечность. Да, они документируют желание. Но они также сохраняют версию квир-жизни, существовавшую до того, как все стало доступно для поиска. Один кадр по-прежнему остается с ним. «Мой любимый Polaroid в книге — это снимок Массимо с закрытыми глазами, — сказал Алаго. — Изображение одновременно кажется жестким и нежным, очень уязвимым». А если бы он мог отправить сообщение самому себе в 1998 год? «Ну, ребята, пожалуйста, не пейте и не употребляйте наркотики. Это никуда не ведет. Разве вы не хотите проснуться с ясной головой и сосредоточенностью и устроить свою жизнь по-крупному и блестяще?» Возможно, именно этим в конце концов и становится Polaroid Encounters: не просто собранием мужчин, а собранием моментов, которые Майклу Алаго посчастливилось прожить.»